Но мы же так все грамотно выстроили, почему налоговики к нам придираются и просят пояснения? — спрашивает в перерыве слушательница моего семинара. — Ну вот же…у компаний разные коды по ОКВЭД. Мы устранили признак схемы «занятие одной деятельностью…»
«Ну да, заменив его на другой, не менее значимый, названный в ряде писем ФНС РФ не иначе как «отдельные лица, являющиеся частью единого технологического процесса», — думается мне, ибо основная часть схемы состоит из трех лиц: перевозчика, производителя товаров и продавца.
«Мы практически устранили все признаки взаимозависимости!» — говорит участница семинара.
«Ну не все, а небольшую часть, с лихвой при этом компенсировав частичную потерю аффилированности созданием того, что в судебной практике и письмах ведомств называется, «экономической и юридической подконтрольностью лиц. Вон от…вроде бы независимый предприниматель в схеме, чей светлый образ однозначно ассоциируется с реальным владельцем бизнеса, ибо к нему стекаются все финансовые потоки в виде платы за товарный знак и платы по договору аренды (экономическая подконтрольность), и который за счет жестких условий, прописанных в договоре франчайзинга, может контролировать деятельность других лиц схемы (юридическая подконтрольность),» — думается мне.
«У компании-перевозчика, с которой заключен расходный договор, есть собственные ресурсы для оказания услуг! Ведь это хорошо…» — гордо говорит бухгалтер.
«Да отлично было бы…, — думается мне, — если бы она еще и не несла общих расходов в холдинговой структуре, что тоже является давно известным налоговикам признаком схемы, и как минимум не хранила бы у себя готовую продукцию«.
Перерыв подходит к концу. Я не знаю, что сказать… Ведь человек уверен, что они создали шедевр в налоговом планировании… А на мой взгляд, слишком уж очевидно, что это схема… И, судя по действиям налоговиков, им это очевидно тоже…